Как и в дни карантина, "первое собрание" нетрудового коллектива – меня и местных русских арестантов с Южной Стороны – состоялось в самом центре тюремного организма, в просторной и вонючей столовой.
Пару недель назад "первый бал Наташи Ростовой" прошел благодаря шпрехшталмейстеру Максимке Шлепентоху. На этот раз меня выводила в свет целая тройка объявляльщиков-соседей по новому отряду 3638.
С Сашей, Ромой и еще одним Сашей я успел познакомиться сразу после четырехчасовой переклички. Как только в допотопный хриплый коридорный репродуктор объявили, что "каунт" прошел без эксцессов и удачно завершен, в дверь моей камеры постучались.
Поскольку туалетов в наших апартаментах не было, то входные двери на замок не закрывались, позволяя арестантам выходить в длинный и узкий коридор. В соответствии с внутренним этикетом, открывать дверь в жилое помещение без предварительного стука разрешалось только его обитателям. Никто и никогда это правило не нарушал.
Аналогичный тюремный закон о предварительном "тук-тук-тук" действовал и в наших уборных – в туалетах, как и в камерах, замки отсутствовали напрочь. Тридцать лет назад из наших казарм выехала доблестная американская армия. После реконструкции и новоселья все щеколды и запоры были истреблены как враждебный класс. На их месте красовались дырки, кое-как заделанные подручным материалом: пластиком, жестью, ДСП. В Форт Фиксе зэки самостоятельно запираться не могли. Этим правом обладали только всемогущие зольдатен – correctional officers.
|
Эстрадное музыкально-танцевальное шоу из Нью-Йорка 5GRAND.US
5GRAND.US в полном или в малом составе обслуживает свадьбы, дни рождения, бармицвы и батмицвы, корпоративные мероприятия. В группе работают только профессиональные музыканты, певцы и танцоры, при этом сохраняются лучшие цены в районе большого Нью-Йорка. Руководитель - певец Александр Меньшиков.
|
… Саша, он же Санька, он же "Моряк", был сед, улыбчив и забит. Работа колхозным пасечником или лифтером-"золотые руки" была бы для него просто идеальной. Его пятилетние скитания по американским федеральным тюрьмам являли собой вопиющую насмешку над запланированной сверху судьбинушкой-планидой.
|
Преступления и приключения пятидесятилетнего худощавого симферопольца были зеркально похожи на похождения бывшего капитана Сережки с Северной стороны тюрьмы. Слушая их рассказы, читая прессу и рассуждая в духе теории вероятности, выходило, что в мировых тюрьмах сидят сотни (если не тысячи) российско-украинских моряков и рыбаков. Про кого-то забыли далекие славянские родины, кто-то попал в казематы благодаря алчным судовладельцам мистерам-твистерам, кто-то вляпался по собственной глупости в желании быстренько обогатиться. Одним из них был наш тюремный дворник и мой сосед по этажу Санька-"Моряк".
Василий Романи Джипси Бэнд из Нью-Йорка. Семиструнная гитара, скрипка, цыганские юбки и роскошный тенор Василия
| |
Саша Степаненко подался в моряки, как только обанкротилось его родное СМУ в 1993 году. Из стандартной “хрущевки”, подальше от мегеры-жены – напрямую в пропахший маслом и потом матросский кубрик. Где-то в южных морях и теплых странах либерийский пароходик с предприимчивым "самостийным" экипажем был загружен злым колумбийским порошком. Через несколько дней в районе гордой Кубы Сашину шхуну задержала американская береговая охрана. Корабль, экипаж и кокаин доставили в Пуэрто-Рико, в полунезависимый американский протекторат, предоставляющий полукомфортабельные туристические услуги полуобеспеченным жителям США.
Там же состоялся скорый суд, во время которого звездно-полосатая Фемида хищно улыбнулась и отвесила всему экипажу по "пятерке". Украинские нахимовцы быстро врубились в ход судебного процесса. Через час после начала на авансцене федерального суда Сан-Хуана в качестве свидетеля обвинения появился их бывший батька-капитан, который сознался во всех тяжких.
|
Позже за быстрое признание вины, помощь в расследовании и за оказание психологического давления на бывших сослуживцев он избежал тюрьмы, получил гринкарту и поселился в Штатах. За подобное преступление бывший капитан Сережа, решивший пойти на суд присяжных, получил почти сорок лет.
Увидев "звездного свидетеля", бесплатные государственные адвокаты симферопольцев остановили процесс и быстренько договорились с прокурором о признательной сделке.
|
Горе-наркокурьеров разъединили и распределили по многочисленным федеральным тюрьмам континентальной Америки. Огромная карта страны с нанесенными на нее Prisons and Jails висела в Форт Фиксе у входа в библиотеку. Около нее всегда толпился наш преступный народ и водил пальцами по маршрутам своих пересылок и одиссей.
THE BARYNYA BALALAIKA ORCHESTRA
Балалаешный оркестр "Барыня" из города Бруклина, штат Нью-Йорк
| |
Сюда, в Нью-Джерси, Санька попал, предварительно отсидев по полгода в Пуэрто-Рико, Флориде и Джорджии. В Форт Фиксе он безрезультатно пытался учить не дававшийся ему английский, работал уборщиком и рисовал популярные в тюрьме открытки с голубками и сердечками. Иногда в их незатейливые сюжеты вплеталась Богородица, а также имена или фотокарточки каторжан. Что-то подобное продавали цыганские и псевдонемые фотохудожники в советских электричках и южных поездах.
|
За праздники (Рождество, Новый год, Пасху, дни Матери и Отца) Саня по тюремным размерам вполне прилично зарабатывал и даже умудрялся отправить денежный переводик своей жене на новое корыто в Симферополь на улицу Гагарина. За одну открытку он "чарджал" 12-15 долларов, но перекупщикам-брокерам-оптовикам мог отдать товар и дешевле. Были у нас и такие.
Артист московского театра Ромэн Василий Янкович (Нью-Йорк) виртуозно аккомпанирует себе на семиструнной цыганской гитаре. В программе цыганские романсы, интернациональные шлягеры, застольные и таборные песни
| |
Моряк был безвреден, добр и неинтересен, во всяком случае мне, ибо все его рассказы сводились к описанию соседей по пятиэтажке и садово-дачному участку. Долго слушать эту мутотень было невозможно. В то же время мне было жаль его – я вполне допускал, что о наркотиках на своей шхуне он и вправду не знал.
С Санькой-"Моряком" дружил другой русско-американский Саша по имени Алекс. Он недавно отпраздновал свое тридцатитрехлетие, из которых целых четыре года прожил в легендарной "жемчужине у моря". В подарок от родной Одессы ему досталась еврейская фамилия Брадис, которую у нас в тюрьме принимали за любую другую, но только не "русскую". Наверное, поэтому второй Алекс большую часть времени тусовался с американскими зэками, а из русских по-соседски выделял только украинца Сашу Степаненко и эстонца Романа Занавески.
Алекс Брадис был экзотично женат на пуэрториканке Кате, с которой он нажил двух очаровательных полукровок. Через полгода заканчивалось его трехлетнее заключение, и он планировал прилететь на крыльях любви в свое семейное гнездышко на родной Шипсхедбей. Как и Санька-"Моряк", Алекс был незлобив и безвреден.
|
Несмотря на свой иисусовский возраст, он напоминал розовощекого карапуза в шортиках и с красным флажком в руке из детской книжки Маяковского "Кем быть". Кто такой Маяковский, Саша не знал, как, впрочем, и 95 проц. русско-советских реалий. Он категорически отказывался верить, что Саша и Шурик – почти одно и то же имя, и страшно на меня обижался по этому поводу. Это забавляло.
Хороший подарок для родственника с чувством юмора или знакомого находящегося в тюрьме. Удобная хлопчато-бумажная майка всего за каких-то 10 долларов
|
При всей своей кажущейся детскости, Саша-Алекс обладал повышенной для среднего американца эрудицией. В местных зэковских кругах он ценился как эксперт и знаток, читающий научно-популярные книги и не пропускающий премьеры на "Дискавери" и "Хистори ченал". Содержание прочитанного и увиденного он по вечерам обсуждал со своими друзьями: бледнолицыми американскими "синими воротничками" за пятьдесят. За эту миссионерскую деятельность я его уважал – сам подобным я заниматься перехотел, особенно после того, как меня оборвали на половине рассказа. Метать бисер перед свиньями было делом неблагодарным.
Саша-Алекс попал на нары из-за своего неукротимого еврейского желания "принести в семью копейку". По его рассказам выходило, что ничем выдающимся он на воле не занимался: работал то там, то здесь, то нигде. Дом содержала жена Кейт-Катя – обладательница сказочных телесных форм и его бывшая одноклассница по нью-йоркской "Линкольн хай скул".
|
Она уже давно работала медсестрой, неплохо зарабатывала, а Саша обломствовал: сидел дома с детьми и занимался бесполезными поисками самого себя. В один прекрасный день он нашел сказочный способ обогатиться, вернее, "нашли" его: сладкого, неприхотливого и неиспорченного Шурика Брадиса.
За стыдные 5 процентов Алекс обналичивал "левые" чеки через свой банковский счет в "Чейз Манхэттен бэнк". Подобные услуги высоко ценила армия многочисленных разнокалиберных жуликов и брокеров. Какой-то добрый дядечка втянул неразумного Шурика в процесс отмывания неправедных доходов. Не получив из этой денежной прачечной и шести (!!!) тысяч, он схлопотал почти три (!!!) года федеральной тюрьмы общего режима. Как говорил известный возмутитель спокойствия и карбонарий Александр Андреевич Чацкий: "И вот за подвиги награда!"
  
Тюремный альбом Льва Трахтенберга
"Тройку" соседей по моему новому отряду замыкал и возглавлял Роман Занавески, 40-летний бостончанин и бывший таллинец. Его сестра, звезда эстонской эстрады, гремела на весь Союз лет 25 назад. В отличие от нее Рома был скромен в быту и до своего неожиданного ареста в "связях, порочащих его", замечен не был. Тем не менее, в соответствии с пресс-релизом бостонской прокуратуры, в тихом омуте водились черти. Во всяком случае, Ромино криминальное дело было преподнесено именно так – доблестное американское ФБР и дружественная эстонская полиция задержала "современного работорговца"!
Группа профессиональных танцовщиков DANCE DANCE с красочной программой-ревью: сальса, чечетка, модерн, кан-кан, брейк, кабаре, фламенко выступает на корпоративных и частных вечеринках, свадьбах, бар/бат мицвах в штатах Калифорния, Нью-Йорк, Нью Джерзи, Коннектикут, Пенсильвания и Вермонт
|
На торговле живым товаром наши с Ромой интересы пересекались. С первой же минуты знакомства мы наперебой и по-братски обменивались конфиденциальными рыночными сводками: на каком таком острове Буяне, на каком таком базаре невольников можно прикупить "рабынь" подешевле, порумянее и пожирнее. И еще: как провести самую изощренную пытку или как грамотнее поджечь дом с автомобилем.
Мой тюремный друг Рома был высок ростом и по-спортивному худощав – когда-то он бегал на лыжах за сборную Эстонской ССР на общесоюзной спартакиаде. Он оказался первым настоящим эстонцем, с которым меня вживую столкнула судьба. К моему совершенному стыду, до этого из "чухонцев" я знал только Тыниса Мяги и Урмаса Отта, которых периодически показывали по Первому каналу. Еще я слышал не особенно смешные анекдоты об "отъехавших" эстонцах и умел по КВНовски пародировать прибалтийский акцент. Романа Занавески тугодумом назвать было никак нельзя – он говорил на шести языках, был остроумен и умен.
Тем не менее, даже в случае стоумового Ромы, анекдоты про эстонцев явно имели под собой почву! Требовалось определенное время, чтобы привыкнуть к Роминой скорости "приема и передачи" информации. Меня это только забавляло, как, впрочем, и постоянные ошибки в мужском-женском роде.
|
Поскольку на работе Рома был приписан к спортивному залу и отвечал за вывоз мусора, то по вечерам он тягал на помойку огромную пластиковую тележку. Если она не стояла в положенном ей месте за углом "джима", то мой новый приятель не на шутку раздражался, жутко нервничал и выдавал одну и ту же незабываемую тираду: "Где мой гребаный тачка?". Матом по-русски Рома ругался хорошо, так как два года от- служил в армейской спортивной роте под Яро- славлем.
Исполнитель русских, цыганских, еврейских, итальянских и американских песен и романсов Сергей Побединский
из Нью-Йорка
|
Роману Занавески дали 4 года, на год меньше, чем мне. Чтобы не идти на непредсказуемый суд, он, как и я, сознался в своем преступлении – "преступном сговоре с целью вымогательства" и в "белой работорговле". И он, и я знали, что такое крокодиловы слезы "жертв человеческого траффикинга" во имя получения вожделенной гринкарты.
Рома и его бывшая супруга были владельцами популярного в Бостоне массажного салона. Не какого-то левого, нелегального секс-кабинета или эскорт-сервиса, а самого настоящего и лицензированного массажного заведения. Работали в SPA девушки из Эстонии, которым он оформлял некошерные бумаги как в бизнес-поездку. Иначе молодых и незамужних женщин в Америку ни за что не впускали, и это знали все.
Девушки с далекой эстонской родины отличались от американских массажисток: они были трудолюбивы, неприхотливы и нуждались в деньгах. За несколько интенсивных месяцев они прилично зарабатывали и счастливые и довольные возвращались восвояси, в Прибалтику. Некоторые из них цеплялись за любую возможность остаться в Штатах – выходили замуж, заключали фиктивные браки, начинали учебу в колледже или что-нибудь в этом же духе.
|
Все были довольны: работая 50 на 50, все делали свое дело и все зарабатывали. При этом Роман содержал салон, оплачивал рекламу и накладные расходы, связанные с приездом эстонок в Бостон. Процветали "мир, дружба, жвачка" – девушки жили вместе с семьей Романа, ели-пили с одного стола, отмечали эстонско-американские праздники и составляли одну большую дружную extended family.
Дуэт Калинка из Остина, штат Техас. Сергей Ващенко балалайка, Владимир Калязин баян.
|
Тем не менее, в семье было "не без урода". Как-то раз в Америку по приглашению Ромы приехала будущая массажистка с говорящей фамилией Рэбане, переводящейся с чухонского как "лиса". Анжела-"Лиса" проработала в салоне десять дней, сослалась на болезнь сестры и улетела рейсом Finnair назад в Таллин. За это время успела зарекомендовать себя как "гребаная ленивый алкоголичка".
Рассказывая о ней, из спокойного эстонца Рома превращался в горячего южного осетина. Улетая домой, Анжела Рэбане взялась передать восемь тысяч родителям одной из эстонских девушек-массажисток, которая осталась в Бостоне на второй срок. Вдобавок она одолжила у Занавески еще две тысячи долларов – якобы на операцию сестре, умирающей от рака.
К сожалению, отец трудолюбивой подруги зря прождал Анжелу Патрикеевну в международном аэропорту Таллина. Девушка скрылась, а вместе с ней и десять тысяч.
|
По тысяче за день пребывания в Штатах плюс непогашенный долг за выездную визу и авиабилеты.
Совсем неплохо!
Телефоны юной аферистки не отвечали, со съемной квартиры она съехала, еще через месяц до Ромы дошло, наконец, что его "развели, как лоха". Замедленный Роман уже приготовился забыть о своих расходах, списав их на "досадный недорозумение". В то же время его несчастная и обманутая работница плакала навзрыд, не смирившись с коварством нечистоплотной компатриотки. Как и у Кая из "Снежной королевы", сердце холодного эстонского парня дрогнуло – он позвонил своему приятелю в Чухонию с просьбой разыскать беглянку и напомнить о долге. Во время того телефонного разговора Роман Занавески подписал себе приговор.
Дуэт цыганских скрипачей из Нью-Йорка Нина и Изя Данченко
|
Еще через месяц поисков Анжела нашлась – пьяная и на кокаине, причем Ромино доверенное лицо было по-эстонски послано далеко и подальше. Протрезвев, девушка по-ленински сделала необходимые выводы, что "промедление смерти подобно", и поутру побежала в таллинскую полицию. Сенсация! В сонной столице молодого европейского государства свила себе гнездо самая настоящая сеть работорговли. Нападение – лучшая защита. Это золотое "правило буравчика" меняло, казалось бы, самые безвыходные ситуации на 180 градусов. Такое же случилось с моими форт-фиксовскими друзьями Сашей Храповицким, Максимом Шлепентохом, со мной самим и с Романом Занавески.
Независимая Эстонская Республика решила "прогнуться" и немного полизать задницу мировому жандарму. Быстренько и со вкусом была спланирована и проведена блестящая совместная операция эстонской полиции и американских ФБР, Службы Иммиграции и Натурализации и, "не пришей кобыле хвост", Diplomatic Security Services.
Анжеле-"Лисе" нацепили на сделанную грудь микрофон, дали три тысячи государственных денег для возврата долга и получения аудиокомпромата против Романа.
|
Одновременно с этим в Бостон была отправлена еще одна эстонская Мата Хари и тоже с микрофонами в лифчике.
РУССКИЙ БЭНД из Бруклина исполняет русскую, цыганскую и украинскую музыку и песни. Все музыканты и певцы группы это настоящие профессионалы со стажем. Костюмы на выбор: цыганские, казачьи, русские (два вида) и украинские
| |
Ничего не подозревающие бизнесмены дали ей исчерпывающие инструкции как обмануть американских таможенников, что отвечать на их каверзные вопросы, и как будет обустроена жизнь массажистки, не имеющей официального права на работу. Мышеловка захлопнулась, компромат был собран, теперь лавочку можно было закрывать!
Как и положено, Рому и девушек арестовали на рассвете… Уже через день "жертву-свидетельницу" отпустили, взяв все необходимые показания о пытках и угрозах Романа – эстонского маркиза де Сада. В одночасье "жертвами работорговли" было забыто совместное житье-бытье, общий стол и клятвенные благодарности "международному сутенеру" за редкую возможность попасть в Америку.
Прокуроры быстро объяснили "горячим эстонским девушкам" их status quo, и все расставили по полочкам. За сотрудничество с властями "современным рабыням" и их семьям были обещаны гринкарты – вид на жительство в США. Вместо того, чтобы платить по тридцать тысяч фиктивным американским мужьям или нанимать иммиграционных адвокатов, продажные свидетельницы и жертвы Роминых преступлений получили все бесплатно. Более того, им предоставили государственное жилье, медицинскую страховку и социальные пособия.
Эстонские иуды в мини-юбках получили все на блюдечке с голубой каемочкой благодаря недавно принятому закону "О защите жертв человеческого траффикинга" и модным установкам Белого дома. Поскольку Ромина сага очень напоминала мои собственные "хождения по мукам", мы с ним быстро нашли общий язык.
|
Я никогда не верил, что Роман Занавески мог кого-нибудь запугивать или эксплуатировать. Bullshit – как говорят у меня в тюрьме.
фотографии из тюремного альбома Льва Трахтенберга
… Итак, судьба свела меня еще с тремя новыми "русскими" – Алексом, Санькой и Ромой – несмотря на разные религиозно-этнические корни. На тюремном языке и они, и я проходили под общей кликухой "Russian". Туда же автоматически попадали все прочие "шведы", выходцы из Союза ССР, независимо от срока их пребывания в Новом Свете. Насильственная русификация иммигрантов наблюдалась, как и "на улице", так и внутри тюрьмы Форт Фикс, "за забором".
Джазовый гитарист из Нью-Йорка Андрей Рябов, чья виртуозная игра на гитаре очаровывает своими неповторимыми импровизациями и волшебством гармонических облигато. Живая музыка Андрея Рябова придаст класс любому торжеству
| |
Дело доходило до абсурда. Как-то раз мне нужно было обратиться к дежурному офицеру по зоне. Меня спросили фамилию и, услышав в ответ совершенно еврейское слово "Трахтенберг", образованный "офицерен" воскликнул: "Ты, наверное, русский? Работаю здесь уже 12 лет и все время удивляюсь – почему ваши русские фамилии такие сложные?"
Я мысленно умирал от смеха. Рассказывать ему о "Поправке Лаутенберга", на которую должны молиться все иммигранты-евреи, а также объяснять, что большинство "русских" в Форт Фиксе имеют "джуиш рутс", я не стал. Пусть остается в сладком неведении, что Тархтенберг – это типичный славянин, а знакомое каждому американцу торговое имя "Смирнофф" имеет иностранное, но не русское происхождение.
|
Этот веселый лингвострановедческий феномен забавно описал известный русско-американский поэт Шмулик Кац. Одно из его стихотворений так и называется "Русские в Нью-Йорке" и состоит только из зарифмованных между собой еврейских фамилий-имен-отчеств. Поначалу это русофильство выглядит как недоразумение. Тем не менее, уже через пару месяцев пребывания в Америке новый американец сознает, что Циля Шлемовна Моргенбессер и Ицых Хаимович Альтушулер – самые настоящие и коренные русаки. За подобную шизофрению и поверхностный либерализм Америка мне нравилась всегда…
… В столовой мы оказались за соседним столом с еще одной "русской" организованной преступной группой. Это было не "де жа вю" – несколько недель назад я такое уже проходил! Еще человек шесть. Опять короткие представления, дружеские рукопожатия, осторожные взгляды, дежурные шутки с обеих сторон: типичное вручение верительных грамот. Nothing is new. Оказывается, что пребывание в двух первых тюрьмах и карантине мне явно пригодилось и пошло на пользу.
Еврейский Диксиленд Шломо Лейдермана "Old Red Wine" из Бруклина украсит любую Бар- или Батмицву, Свадьбу, День Рождения, Юбилей или унылую корпоративную вечеринку. Первоклассные музыканты родом из России, Израиля и США "зажигают" даже самых вялых клиентов. Клезмерская музыка восточноевропейских евреев с органичным вплетением народной музыки румын, венгров и цыган
| |
Один из кормящихся – деловой, коротко стриженный и неулыбчивый сорокалетний крепыш, он же руководитель бандитской бригады собственного имени, слегка приподнял голову от тарелки и посмотрел в мою сторону:
– Здорово, здорово, Левик, коли не шутишь! Значит, чалиться вместе будем? Слышали о тебе всякого, читали статейку Ословского и Вранта. Пообщаемся, побазарим по душам, времени у нас много, – сказал Зиновий Малий, об аресте которого четыре года назад писали все русские газеты. На Северной стороне я познакомился с его подельниками Робиком Обманом и Саньком Комарковским. Теперь судьба столкнула меня с их боссом.
– Это, пожалуйста, – сказал я бодреньким голосом, пытаясь при этом сохранить спокойствие, ибо знал, что первое впечатление – самое важное. – С хорошими людьми никогда не против поговорить. Давайте сразу же после ужина и встретимся – покурим, я новости "с улицы" расскажу, приветы с той стороны передам.
|
– Хорошо, договорились. Заметано! Ты сам-то как устроился, вопросы есть? Я понял, что ты в 3638-ом, раз тебя пацаны привели.
Подписаться на рассылку новостей и обновлений с сайтов Льва Трахтенберга НА НАРАХ и РАШН365.com
| |
– Да, вроде бы все нормально, камера – ОК. Вместе со мной – трое белых. Если что, попрошу ребят, чтобы помогли или подсказали на местности, что к чему – незаметно для себя я заговорил в каком-то былинном стиле, как убеленный сединами старец. – Спасибо, ребятушки.
– Слушай, Левик, раз такое дело, ты только на зону въехал, просьба у меня к тебе будет, – сказал Зиновий и посмотрел куда-то вдаль, в сторону мойки и на сидящих за его столом ребят.
– Пожалуйста, "ноу проблем", – ответил я, готовый показать образцово-показательное дружелюбие своим будущим товарищам по американской каторге.
|
– Ты понимаешь, какое дело, Левчик. Я тут договорился с черными пацанами с кухни, что они мне и ребятам нашим баранинки поджарят к ужину. Ее уже полгода сюда не завозили, а вчера мы вдруг прикупили кило шесть… Помните, мужики, какие шашлычки нам корейцы под новый год зафигачили? Пальчики оближешь, я так вкусно давно не ел! Помните? – спросил сидящих с ним за столом "русских" тюремный гурман. Те послушно закивали головами.
Танец живота в исполнении армянской супермодели Анны Пипоян из Манхеттена
| |
По недюжинным формам Зиновия можно было понять, что он любил хорошо поесть. Несмотря на то, что в моем желудке еще не переварились утиные ножки и украинский борщ из брайтонского суперуниверсама "Интернешнл", от сочной баранины я бы сейчас не отказался тоже.
– Короче, нас тут менты знают как облупленных, наши рожи они за три версты узнают. Нужна твоя помощь, Левчик.
За своих новых товарищей по заключению, с которыми, как в песне, "эти дни когда-нибудь мы будем вспоминать", я был готов броситься на амбразуру. Тем более, по просьбе такого уважаемого тюремного авторитета, как Зина Малий.
|
– Что, надо делать, говори, – согласился я на подвиг.
– Посмотри вот туда. Видишь, у раздачи стоит высокий негр в белом и с фартуком в руке? Недалеко от "копа". Ну, вот он сейчас залезает в ихний шкаф какой-то? Испанец с ним рядом еще.
Украшение любого фестиваля или концерта - Фольклорный ансамбль русской народной песни и танца "БАРЫНЯ" из русского гетто города Бруклина, штат Нью-Йорк. Сарафаны, сапоги, косоворотки, частушки, балалайка, гармошка да контрабас-балалайка. Профессиональный ансамбль с огромным опытом выступлений на лучших и, увы, худших сценах Америки с 1991 года. В программе русские, украинские, еврейские, цыганские и казачьи танцы и песни. Танцевальные номера сменяются виртуозными соло и Вашими любимыми песнями. Красивые сценические костюмы для каждого танцевального номера. Художественный руководитель Михаил Смирнов
| |
Я приподнялся с полулипкого пластикового стула, намертво соединенного железной "ногой" со столом, и посмотрел в туманную даль. Черный повар и вправду стоял в заранее обусловленном месте.
– Сейчас ты подойдешь к нему и скажешь пароль: "Майами". После этого он спросит, от кого ты пришел. Ответишь, что от "Большого русского" из 3612-го юнита". Это я. Он либо сходит на кухню, либо из ихних заначек достанет готовую баранину. Не ссы, все будет упаковано в целлофан. Сразу же засунь пакет себе под рубашку и незаметно уходи– иди к нам. Только смотри, не попадись ментам! За воровство с кухни – сразу же "шат" и карцер на месяц, а тем более, за дорогое мясо и в таких количествах. Это тебе не одна какая-нибудь вшивая порция. Понял все, пацан? Не передумал? Ну, давай, с Богом! Ни пуха, ни пера, – произнес напоследок Зиновий Малий и слегка подтолкнул меня в спину.
– К черту! – автоматически ответил я, переживая за потенциальную возможность залететь в "дырку" в первый же день.
После прощальных банкетов Славика и кулинарных подвигов Саши Храповицкого я бы не удивился оленине или страусятине, а тут какой-то самый обыкновенный баран… Думая об этом, я подошел к блестящим парапетам, отделяющим запретную зону и танцпол. Около металлических перегородок и шкафов из нержавейки толпились кухонные рабочие и дежурные по общепиту, надзиратели в темно-синих форменных бейсболках с гербом Тюремного Бюро вместо звезды. Мой чернокожий "контакт" стоял на прежнем месте и продолжал разговор с потным испанцем.
|
Штирлиц из меня получился бы плохой! Богу – богово, Кесарю – кесарево. Я напрочь не замечал за собой ФБРовскую слежку, которую вели спецагенты за "русской мафией" в течение последнего предарестного года.
Никого не оставит равнодушным выступление ансамбля еврейского танца BOTTLE DANCERS USA из Бруклина, штат Нью-Йорк. Танцы и музыка из знаменитого Бродвейского шоу "Скрипач на крыше" на Вашем Юбилее, Свадьбе, Дне Рождения, Бар/Бат Мицве или корпоративной вечеринке в исполнении профессиональной группы танцоров-эквилибристов.
| |
Вместе с обвинением я получил пачку "протоколов слежки" – иногда за мной по пятам двигались одновременно три-четыре машины, периодически, ради маскировки, менявшиеся местами в шпионском эскорте. А одну из моих встреч с "жертвой" преступления в манхэттенском ресторане обеспечивало без преувеличения человек 15 переодетых полицейских! Я мог только догадываться – каких страшилок и "бредней сумасшедшего" нарассказывали про "страшного русского работорговца" мои "жертвы" преступления!
Тем не менее, в тюремной столовке в тот момент я сам себе напоминал рассеянного профессора Плейшнера из "17 мгновений весны", пришедшего на проваленную гестапо явку.
Сильно волнуясь, я подошел к приятелю Зиновия – специалисту по тюремному "седлу барашка". Органы зрения прикидывали расстояние до ментов и скорость, с которой они время от времени поворачивали свои головы в мою сторону. На всякий случай, я придумывал глупые ответы на вопрос ментов: "Что у тебя в руках?"
|
Внутренний голос подсказывал: "Стой, поворачивай назад!" Тому же самому меня учила моя собственная дочка Соня – слушать самого себя. Ладони неприятно покрылись потом. Я в последний раз оглянулся на Зиновия и ребят – они знаками подбадривали меня и кивали головами.
Russian DJ Barnaul from Staten Island, New York
– Будь, что будет, – подумал я, повторяя подвиг Александра Матросова.
Остановившись в полуметре от болтающего повара, на которого мне указал преступный авторитет, я, как Али-Баба, произнес волшебное слово: "Майами". Кулинар сделал вид, что не замечает чужестранца, и вновь повернул голову к своему собеседнику, чтобы продолжить разговор.
Тюремный альбом Льва Трахтенберга
Я посмотрел по сторонам, на ментов и, самое главное, на ребят: "на миру и смерть красна". Набрав в легкие побольше воздуха, я повторил заветный пароль значительно более громко: "Майами!" На меня посмотрел не только повар с испанцем, но и несколько окружавших зэков. Менты тоже заметили нас, и бросали в эту сторону свои подозрительные взгляды.
Оперный бас из суетливого Нью-Йорка Владимир Логинов закончил вокальное отделение Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского. В его репертуаре пафосные арии и веселые народные песни на всевозможных языках.
| |
Еще до конца не понимая, что явка провалена, а разведчик не хочет вступать в связь с эмиссаром из "Центра", я продолжал упорствовать.
Уже в третий раз я произнес все тот же пароль – "Майами". При этом чернокожий посмотрел на меня как на больного и весьма воинственно спросил:
– Какого черта ты разорался мне на ухо, "маза факер"? Какого фига ты вообще здесь стоишь, и какого хрена мне сдался твой Майами?
– Я от Большого русского, Зиновия. Он из твоего же отряда и послал меня за бараниной, которую ты обещал ему приготовить, – старался хладнокровничать я, пускаясь в ненужные объяснения. – Посмотри, вон слева, в углу он и сидит!
Развернувшись в сторону русских, я встретился с ними взглядом и увидел их реакцию. В следующий момент меня затрясло – все мои "home boys", включая Зиновия, ржали, как ненормальные. Они просто умирали от смеха!
Я понял, что меня просто-напросто гнусно разыграли. Я вспомнил городничего, из "Ревизора": "Мошенников над мошенниками обманывал… Трех губернаторов обманул… Выжил, глупый баран из ума!.."
|
Пробормотав улыбающемуся черному какую-то извинительную мутотень, я вернулся к русским. Как ни странно, но злости на моих земляков у меня совершенно не было, и я во всем винил только себя и свою чертову доверчивость. Прокручивая в голове события последних 15 минут, мне самому становилось весьма и весьма весело. Вляпался!
По дружественным приветствиям, легким ударам в бок, незлобливым подбадриваниям моих новых товарищей я понял, что "вступительный экзамен" я сдал. Хотя на какую отметку – я так до конца и не разобрался. Ничего, времени впереди у меня более чем достаточно. Если что – пересдам!
New photos Льва Трахтенберга from American prizon
Lev Trakhtenberg's new photos from American prizon
ПРЕДЫДУЩИЕ ГЛАВЫ И ИНТЕРВЬЮ
Глава 15. "Собаки", "убийцы" и "ниггеры" из 315-й
Глава 14. "Тюремный интернационал"
Глава 13. "Переезд в Южную Зону"
Глава 12. "Тюремные банкеты"
Глава 11. "Долгие проводы на волю"
Глава 10. "Курс молодого бойца"
Глава 9. "Кому в Форте Фикс жить хорошо"
Глава 8. "Тюремная рутина"
Глава 7. "Тюремный пикник и салют"
Глава 6. "В преддверии праздника"
Глава 5. "Русская улица"
Глава 4. "Первое тюремное утро"
Глава 3. "Максимка и другие…"
Глава 2. "Теплая встреча"
Глава 1. "В последний путь"
Интервью. Октябрь 2005
Вступление. "Cобаки Павлова или тюремная хавка"
|
